Монолог грушеньки братья карамазовы текст

Switch to English sign up. Но я настояла, чтобы с отчеством, и очень радовалась, а тут Тоша приходит с работы и говорит, что ему, как коммунисту и фронтовику, предлагают директором рынка и что он уже дал принципиальное согласие, потому что там оклад повыше, а нам дом ремонтировать надо, а денег - одна Тошина зарплата.

И я согласилась, и это есть моя самая главная ошибка, из-за которой и начались все наши страдания. И если призовут меня на самый Высший Суд, я скажу, что одна во всем виновата, потому что если женщина любит, то она должна любить за двоих, за троих, за весь мир должна любить и все предвидеть. Только он как лучше хотел. Он видел, что вся я в этом клочке земли, вся - в цветах да в счастье, а дом скрипит, течет и разваливается, а материалы ой сколько стоят.

И пошел на эту должность, а через три года его забрали. Господи, в чем только его не обвиняли, каких только на него грехов не вешали! Но спасибо, адвокат нам достался очень хороший: Тошу освободили, но на рынок не вернули за излишнюю его доверчивость и выговор по партии вынесли. А устроили инженером стадиона - совсем уж работа непонятная, как он говорил, но он очень старался, чтоб выговор сняли, а как сняли, тут же и на пенсию ушел. И стали мы с ним вдвоем цветы выращивать.

Сперва нам забор сломали, потом в парничке все стекла камнями вышибли, а позже собаку отравили, Найду мою. Она на руках у меня умерла, а я заболела. Ноги у меня отнялись, и Тоша еще целых полгода со мной мучился. А потом я умерла.

Я уже знала, что умерла, что мертвая я, что рука моя в его ладонях холодеет, а он не знал: А когда понял, так закричал, что я крик его расслышала. Далекий-далекий, будто с того берега: Like 3 Show likes. Монолог Лиды Егоркиной дается в описательном ключе.

Подобная категоричность основывалась на личном опыте. В двадцать Лида влюбилась, с восторгом обнаружив, что способна терять голову как всякая нормальная женщина. Но в итоге торжествовать случилось не ей, поскольку объект ее любви не терял времени, когда она теряла голову, вследствие чего довольно быстро потерял к ней всякий интерес.

Лида отрыдалась и ринулась за помощью в комсомольские и общественные инстанции. А там первым делом спросили документ. Такового не оказалось, объект вернуть не удалось, но Лида Егоркина вынесла из этого испытания железное правило: Для себя она тоже не делала более никаких послаблений, отныне твердо настаивая на штампе в паспорте задолго до потери головы.

Однако ставить штамп на таких условиях никто не рвался, количество мужчин вокруг неизменно сокращалось, и Лида осталась практически одинокой, не достигнув тридцатилетия, неуклонно демонстрируя гордое превосходство духа над плотью и не замечая, как иссушается и черствеет ее собственная душа. Не столько утратив возможность устройства личной жизни, сколько добровольно отказавшись от нее, Егоркина компенсировала образовавшийся вакуум делами общественными, окунувшись в них с той страстью, которую надо же было как-то истратить.

Она первой рвалась в колхоз и на субботники, в шефскую поездку и на собрания, в очередную кампанию и на текущую общественную работу. Делала она все горячо и самозабвенно и вскоре стала известной и незаменимой. Скулова Лида возненавидела, еще не ведая, что окажется в составе суда, еще загодя, еще не вникая в подробности, причины и детали.

Во-первых, он был не просто убийцей, а убийцей молодого человека, комсомольца, допризывника, что придавало его и без того тяжкой вине свинцовую окраску социального преступления. Во-вторых, он был частновладельцем, то есть представителем какого-то полузаконного-полулегального и заведомо антиобщественного сектора нашей жизни. В-третьих, частник нагло бросил законную жену с двумя детьми; правда, он аккуратно платил алименты, что признавала честная натура Егоркиной, но сам факт бросания отнюдь не способствовал украшению его личности.

И наконец, неверный муж и подлый отец открыто жил с любовницей. Все это вместе делало фигуру Антона Скулова заведомо грешной, мрачной и антиобщественной. А вот адвоката Егоркина любила. Он был для нее не только борцом против неправды, не только законным супругом Беллы, с которой Лида до сей поры сохраняла почти дочерние отношения, - он был безвинной жертвой каприза.

С привычным максимализмом переложив все черное на сына, Лида оставила на долю стариков лишь ослепительно белый мертвый цвет. Она регулярно навещала Беллу, доставала лекарства и продукты и каждую субботу мыла у них полы, несмотря на сердитые протесты адвоката.

И очень боялась за него, понимая, что любая неприятность может обернуться не уходом на пенсию, а вторым инфарктом. Узнав, что адвокат взял дело Скулова, Лида ринулась упреждать возможные осложнения.

В бесхитростности ее ни у кого сомнений не возникало, и многие пользовались этим, чтобы Лидиными устами и с Лидиным пафосом передать то, что считали нужным. И на сей раз доброжелатели заранее предупреждали старого адвоката, что процесс предрешен, и нечего ему трепать нервы по этому поводу. Так говорил и так считал весь город. А Скулов сидел себе в своей одиночке, качался и вспоминал об Ане. Только об Ане, будто она была жива и ждала его там, за решетками. Еще три дня после первого дня мы ездили с нею в живописную мастерскую.

На четвертый наконец они нам показали, и я увидела. Которую мы с ней любили? Со всех сторон, как сидели вокруг меня они, писавшие, я видела ту себя. Или я не знала себя сзади? И прямо в лицо… тоже не знала? Не наша красота, не Верина.

И все не я! И я закричала и заругалась, как… жокей, как конюх. И в ее глазах, в них каким-то синим блеском зажглось отчаянье… они такие невероятные, ее глаза - я увидела себя еще один раз. Настоящую, единственную, себя, уже потерянную там, на этих осуществивших меня холстах. Вера, бледная, как голубоватый мех на воротнике ее шубы, вела меня к двери, молча. И дома мы молчали.

И уже в тот вечер она не поехала в театр. Я плакала тихонько, тихонько целуя ее руку с безжизненными пальцами. В ее глазах, больших, открытых, не было темного виноградного пурпура. Ее глаза были, как погасшие светильни, тускло-черные. Проходя рядом с нею мимо зеркала это случилось в один из следующих за тем днем дней , я увидела, что она черная вся, вся тускло-черная: А я с нею рядом показалась себе странно, неуместно, невозможно светлою, гибкою, и жизненною, и искрящеюся каждым завитком пепельных волос и блеском плачущих серых глаз.

Like 9 Show likes. Потом они сказали, что он будет без ручки Учится уже в школе, учится на одни пятерки. Теперь у меня есть кто-то, кем я дышу и живу. Свет в моей жизни. Он прекрасно все понимает: Боюсь на день с ним разлучиться. Мы шли по улице И я, чувствую, падаю Тогда меня разбил первый инсульт И хватанула его за руку.

Открыла глаза в больнице Но так его хватанула, что врачи еле разжали мои пальцы. У него рука долго была синяя. Теперь выходим из дома: Я никуда от тебя не уйду". Вот так и живем. Боимся друг за друга. А в каждом углу Вася. Ночью с ним говорю и говорю Бывает, меня во сне попросит: Мы с Андрейкой приходим А он приводит за руку дочку Играет только с ней Так я и живу Живу одновременно в реальном и нереальном мире. Не знаю, где мне лучше Целая улица, ее так и называют - чернобыльская.

Всю свою жизнь эти люди на станции проработали. Многие до сих пор ездят туда на вахту, теперь станцию обслуживают вахтовым методом. Никто там не живет.

У них тяжелые заболевания, инвалидности, но работу свою не бросают, боятся даже подумать о том, что реактор остановят. Где и кому они сегодня нужны в другом месте? Они умирают на ходу - шел и упал, уснул и не проснулся. Нес медсестре цветы и остановилось сердце. Они умирают, но их никто по-настоящему не расспросил.

О том, что мы пережили О смерти люди не хотят слушать. Like 18 Show likes. Она не такая, как все Вот она подрастет, и она меня спросит: Это был не ребенок, а живой мешочек, зашитый со всех сторон, ни одной щелочки, только глазки открыты.

В медицинской карточке записано: Так это звучит на научном языке, а на обыкновенном: Я несла ее на второй день на операцию, на второй день ее жизни Она открыла глазки, словно и улыбнулась, а я сначала подумала, что хочет заплакать О, господи, она улыбнулась!

Такие, как она, не живут, такие сразу умирают. Она не умерла, потому что я ее люблю. За четыре года - четыре операции. Это единственный ребенок в Беларуси, выживший с такой комплексной патологией. Я ее очень люблю. Я никого больше не смогу родить. Слышала, как врачи между собой говорили: Показать по телевизору, ни одна мать не рожала бы". Это они о нашей девочке Как нам после этого любить друг друга?! Он говорит, что надо отмаливать грехи свои. Но в нашем роду никто никого не убил В чем я виновата?

Сначала наш поселок хотели эвакуировать, а потом вычеркнули из списков: А я в это время полюбила. Я не знала, что нам здесь нельзя любить Много лет назад моя бабушка читала в Библии, что наступит на земле время, когда всего будет в изобилии, все будет цвести и плодоносить, в реках станет полно рыбы, а в лесах зверя, но воспользоваться этим человек не сможет. Он не сможет и породить себе подобного, продлить бессмертие. Я слушала старые пророчества, как страшную сказку. Расскажите всем о моей девочке.

В четыре года она поет, танцует, читает наизусть стихи. У нее нормальное умственное развитие, она ничем не отличается от других детей, у нее только другие игры. Она не играет в "магазин", "в школу", она играет с куклами "в больницу": Четыре года мы с ней живем в больнице, ее нельзя оставить там одну, и она не знает, что жить надо дома. Когда забираю ее на месяц-два домой, спрашивает: После последней операции полностью прекратилось мочеиспускание, катетор вставить не удалось - нужно еще несколько операций.

Но дальше советуют оперироваться за границей. А где нам взять десятки тысяч долларов, если муж получает сто двадцать долларов в месяц? Один профессор по секрету, посоветовал: Пишите в зарубежные клиники. Их должно это заинтересовать". Я пишу, что каждые полчаса приходится выдавливать мочу руками, моча исходит через точечные отверстия в области влагалища. Если это не делать, откажет единственная почка. Где еще в мире есть ребенок, которому каждые полчаса надо выдавливать мочу руками?

И сколько это можно выдержать? Никто не знает воздействия малых доз радиации на человека, на детский организм. Возьмите мою девочку, пусть для опытов Я не хочу, чтобы она умерла Я согласна, чтобы моя девочка стала подопытным лягушонком, подопытным кроликом, только бы она выжила. Like 5 Show likes.

Я помню те дни Мне жгло горло, тяжесть, какая-то тяжесть во всем теле. Болит, у меня нет сил". Стеснялись с мужем признаваться друг другу, но у нас начали отниматься ноги. Все вокруг жаловались, наши друзья, все люди, что идешь по дороге и, кажется, тут бы лег. Ученики ложились на парты, во время уроков теряли сознание.

И ужасно все стали невеселые, мрачные, за целый день ни одного доброго лица не встретишь, чтобы кто-то другому улыбнулся.

С восьми утра до девяти вечера дети находились в школе, строго запрещалось играть на улице, бегать. По инструкции мамы должны были дома каждый день эту одежду стирать, чтобы в школу дети являлись во всем чистом.

Во-первых, дали только одну, например, кофточку и одну юбку, а смены не дали, а, во-вторых, мамы загружены домашним хозяйством - куры, корова, поросенок, да и не понимают они, что эти вещи надо стирать каждый день. Грязь для них - это чернила, земля, жирные пятна, а не воздействие каких-то короткоживущих изотопов. Когда я пыталась что-нибудь объяснить родителям своих учеников, по-моему, они понимали меня не больше, чем если бы вдруг к ним заявился шаман из африканского племени. Не слышно и не видно У меня вон денег от получки до получки не хватает.

Последних три дня всегда на молоке и картошке сидим. В магазин завезли китайскую тушенку и гречку, а на что им купить? Компенсация за то, что здесь живем Хватает на две банки консервов Инструкции рассчитаны на грамотного человека, на определенную бытовую культуру. Нет у нас того народа, на которого рассчитаны эти инструкции. Кроме того, что не очень просто объяснить, чем отличаются бэры от рентгенов С моей точки зрения Я бы говорила о фатализме, этакий легкий фатализм.

Например, с огородов в первый год ничего нельзя было употреблять, все равно ели, заготавливали впрок. Еще так славно все уродило! Ты попробуй скажи, что огурцы есть нельзя и помидоры Что значит - нельзя?

И он их ест, и живот у него не болит И в темноте никто не "светится" Соседи наши положили в тот год новый пол из местного леса, померили - фон в сто раз выше допустимого. Никто тот пол не разобрал, они так и жили.

Все, мол, как-то образуется, как-то оно будет, но образуется само по себе, без них, без их участия. Первое время кой-какие продукты носили к дозиметристам, проверяли - в десятки раз выше нормы, но потом бросили. А, придумают эти ученые! Случилось немыслимое, а люди жили, как жили. И отказ от огурцов со своего огорода был важнее Чернобыля. Детей все лето держали в школе, солдаты помыли ее стиральным порошком, сняли вокруг слой земли Осенью послали учеников убирать бураки. И студентов на поле привезли, пэтэушников.

Чернобыль - это не так страшно, как оставить в поле не выкопанную картошку Ну, кто виноват, кроме нас самих!. Like 7 Show likes. Будто в них налили краски Говорили, что это пыльца от цветов Мы не бегали по лужам, только смотрели на них. Бабушка закрывала нас в погребе.

А сама становилась на колени и молилась. Это - конец света. Наказание Божье за наши грехи". Братику было восемь лет, а мне шесть. Мы стали вспоминать свои грехи: А я не призналась маме, что зацепилась за забор и порвала новое платье Мама часто надевает черное. На нашей улице все время кого-то хоронят Услышу музыку - бегу домой и молюсь, читаю "Отче наш". Молюсь за маму и папу Помню, как солдат гонялся за кошкой На кошке дозиметр работал, как автомат: За ней - мальчик и девочка Мальчик ничего, а девочка кричала: На два дня ему еды оставили.

Загрузили нас в эшелон. Одна воспитательница на двадцать человек, а все плачут: Женщины встречали нас на перронах и крестили поезд. Несли домашнее печенье, молоко, теплую картошку Нас везли в Ленинградскую область. Там уже, когда подъезжали к станциям, люди крестились и смотрели издали. Боялись нашего поезда, на каждой станции его долго мыли. Когда на одной остановке мы выскочили из вагона и забежали в буфет, никого туда больше не впустили: Буфетчица кому-то по телефону говорила: Они были в противогазах и резиновых перчатках Забрали у нас одежду, все вещи, даже конверты, карандаши и ручки, сложили в целлофановые пакеты и закопали в лесу.

Долго потом ждали, как начнем умирать А теперь знаю, что умру. Мальчик лежал вместе со мной в больнице Будешь долго-долго спать, никогда не проснешься Мне снился сон, как я умерла. Я слышала во сне, как плакала моя мама.

Like 4 Show likes. Я недавно была такая счастливая. Все это осталось в какой-то другой жизни Не знаю, как снова смогла жить. Вот - смеюсь, разговариваю. Я была как парализованная. Хотелось с кем-нибудь говорить, но с кем-нибудь не из людей. Зайду в церковь, там тихо-тихо, как в горах бывает. Там можно забыть свою жизнь. Его подушка, его запах Маленькая незнакомая птичка бегает по подоконнику с маленьким колокольчиком и будит, никогда раньше такого звука, такого голоса не слышала.

Я не все могу передать, не все проговаривается. Не понимаю, как я осталась жить. Тут я вспомню, что у меня есть дети. А где же он? Как мне уйти за ним? Закрою глаза и думаю о нем, пока не усну. Во сне он приходит, но только мельком, быстро. Я даже слышу его шаги Вот куда он исчезает? А ему так не хотелось умирать. Смотрит в окно и смотрит. Я ему одну подушку подложу, вторую, третью Мы не могли расстаться Нет-нет, не бойтесь, я разучилась плакать.

Я не могу, как другие, сказать себе, что я ничего не помню. Как говорит это себе моя подруга. Наши мужья умерли в один год, они вместе были в Чернобыле. Она уже замуж собирается. Нет-нет, я не осуждаю. Но меня не оставляет странная мысль, мучает, она, как не моя, как будто я ее где-то прочла: Что-то страшное открылось нам раньше других Он уехал в Чернобыль в мой день рождения.

Гости еще сидели за столом, перед ними извинился. А машина уже ждала под окном. Девятнадцатого октября тысяча девятьсот восемьдесят шестого года. Он монтажник, ездил по всему Советскому Союзу, а я его ждала. Мы жили, как живут влюбленные - прощались и встречались. Страх овладел только нашими мамами, его мамой и моей, а у нас с ним страха не было.

Мы же знали, куда он едет? Ну, взять бы у соседского мальчика учебник физики за десятый класс и хотя бы его пролистать. Он там без шапки ходил. У других его ребят через год все волосы осыпались, а у него наоборот шевелюра погуще стала. Никого из них уже нет. Его бригада, семь человек, все умерли. Первый умер через три года За ним второй, третий, четвертый Теперь каждый стал ждать, когда он Вот как они жили!

Мой муж умер последним Они отключали свет в выселенных деревнях, лазили по столбам По мертвым домам, улицам Все время на высоте, наверху Рост у него под два метра, вес - девяносто килограммов, - кто мог его такого убить? Страха у нас долго не было Like 6 Show likes. Монолог Грушеньки сцена разговора с Алешей и Ракиткой. Молчи, Ракитка, не понимаешь ты ничего у нас! И не смей ты мне впредь ты говорить, не хочу тебе позволять, и с чего ты такую смелость взял, вот что!

Садись в угол и молчи как мой лакей. А теперь, Алеша, всю правду чистую тебе одному скажу, чтобы ты видел, какая я тварь! Не Ракитке, а тебе говорю. Хотела я тебя погубить, Алеша, правда это великая, совсем положила; до того хотела, что Ракитку деньгами подкупила, чтобы тебя привел. И из чего такого я так захотела? Ты, Алеша, и не знал ничего, от меня отворачивался, пройдешь - глаза опустишь, а я на тебя сто раз до сего глядела, всех спрашивать об тебе начала.

Лицо твое у меня в сердце осталось: И такое меня чувство взяло под конец, что сама себе удивляюсь: Проглочу его всего и смеяться буду. Но на тебя глядя, положила: Проглочу и смеяться буду. Видишь, какая я злая собака, которую ты сестрой своею назвал! Вот теперь приехал этот обидчик мой, сижу теперь и жду вести.

А знаешь, чем был мне этот обидчик? Пять лет тому как завез меня сюда Кузьма, - так я сижу, бывало, от людей хоронюсь, чтоб меня не видали и не слыхали, тоненькая, глупенькая, сижу да рыдаю, ночей напролет не сплю - думаю: Смеется должно быть с другою надо мной, и уж я ж его, думаю, только бы увидеть его, встретить когда: Да как вспомню вдруг, что ничего-то я ему не сделаю, а он-то надо мной смеется теперь, а может и совсем забыл и не помнит, так кинусь с постели на пол, зальюсь бессильною слезой и трясусь-трясусь до рассвета.

Поутру встану злее собаки, рада весь свет проглотить. Потом, что ж ты думаешь: Так вот нет же, никто того не видит и не знает во всей вселенной, а как сойдет мрак ночной, все так же как и девчонкой, пять лет тому, лежу иной раз, скрежещу зубами и всю ночь плачу: Слышал ты это все?

Ну так как же ты теперь понимаешь меня: Дух у меня тогда весь захватило, господи, да вдруг и подумала: Думаю это я и сама себе не верю: Видишь ли теперь, Алеша, какая я неистовая, какая я яростная, всю тебе правду выразила!

Митей забавлялась, чтобы к тому не бежать. Молчи, Ракитка, не тебе меня судить, не тебе говорила. Я теперь до вашего прихода лежала здесь, ждала, думала, судьбу мою всю разрешала, и никогда вам не узнать, что у меня в сердце было. Нет, Алеша, скажи своей барышне, чтоб она за третьеводнишнее не сердилась!..

И не знает никто во всем свете, каково мне теперь, да и не может знать Потому я может быть сегодня туда с собой нож возьму, я еще того не решила Like 12 Show likes. НО ЧТОБ ОНИ НЕ ИСЧЕЗЛИ,Я ИХ ВЫЛОЖУ. Она писала пьесу в Швеции. Там женщина разговаривает с мужем я вносил сокращения: Поверь,я всегда любила тебя. И я так искренне,так страстно желала,чтобы ты хотя немножко интересовался мною. Я немного и хотела. Я хотела только,чтобы никто не стоял между нами,не был ближе к тебе,чем я.

Об одном только и мечтала я всю жизнь - быть первою для другого человека. Первая и единственная для тебя Да,пусть я буду первою для тебя. Он садится в кресло,она становится на колени у его ног Между нами столько связей,столько связей,соединяющих нас! Вспомни о нашем счастливом детстве,о наших общих воспоминаниях здесь,в Герргамре,которые нам обоим одинаково дороги,составляют как бы часть нас самих.

А наш маленький Якоб?.. Многое могло бы помочь нам слиться душою друг с другом,зажить одною общей жизнью--не правда ли? Почему же нам не быть счастливыми? Дай мне показать тебе,какою я могу быть,когда меня искренне любят! Посмотри на меня хорошенько.

Да,когда меня любят,я хороша,но только тогда,когда меня любят,--не иначе. Да,когда меня любят,я -сама доброта. Ведь я не эгоистка. О нет,я не эгоистка,я могу совершенно отрешиться от тебя,слиться всеми мыслями своими с близким мне лицом. Во мне есть-таки что-то такое,чего у других нет. Будь для меня тем,чем я прошу тебя быть,и я всё сделаю для тебя,всё,что ты захочешь. Like 2 Show likes. Я разговаривала с каждым, смеялась и говорила разный вздор, так что все думали: Потом все разошлись, и я осталась одна на опустелом береге.

Солнце уже село и начинало смеркаться; воздух был такой душный, что казалось, что вот-вот силы не хватит для дыхания. Какие-то белые облака, как снежные хлопья, заволакивали небо. Так душна была ночь, Совсем как наша любовь, Возникшая только для слез нем. Издали все ближе и ближе доносился рев моря. Я все шла вперед.

Сначала мне попадались запоздалые пешеходы; но мало-помалу берег все больше и больше пустел. Проходящий мимо рыбак сказал мне: Но я ответила, весело смеясь: Все громче и громче доносился рев воды. Море расстилалось предо мной, как темно-стальная масса, по которой только то там, то сям пробегали белые гребни волн. Уже настолько стемнело, что нельзя было ясно отличить, где кончается берег, где начинается море. Мои ноги вязли в мокром песке, но я все шла вперед. Ветер дул мне в лицо, вспоминались мелодии, которые в детстве наигрывала моя мать, мои любимые стихи мне приходили на память, математические теоремы с поразительной ясностью выступали в моем уме — мне становилось все веселее и веселее.

Я совершенно забыла, где я нахожусь и зачем сюда пришла. Вдруг громадная волна разбилась у самых моих ног, обрызгав меня с ног до головы. Меня внезапно охватил испуг, чудовищный, непреодолимый. Я вдруг внезапно постигла весь ужас насильственной смерти.

Мне мучительно страстно захотелось жить, хотя бы в несчастии, в унижении, в презрении у всех, но только бы жить. Я побежала и стала кричать, звать на помощь — было уже слишком поздно. Тяжелая волна догнала меня и сбила с ног. Я продолжала биться, бороться против неизбежности, все еще безумно надеясь, веря в возможность спасения, пока громадный вал не перекатил мне через голову, тихо шепнув мне на ухо: Полно, о жизни покончен вопрос, Больше не нужно ни песен, ни слез.

Like 8 Show likes. Чечилии уже давно замуж хочется. От зеркала ее не оторвешь. Из ее слов выходит, что хотят женить Николетто; однако нет как будто разговора, что хотят женить на служанке. Руку отдам на отсечение, что мой полоумный свекор забрал себе в голову отдать за него мою дочку; а этот наглец Дезидерио, разумеется, поддакивает ему, подбивает, хочет погубить нашу семью.

В голову мне не могло прийти ничего подобного! Все могла предположить, только не это; но слова Чечилии наводят меня на подозрение. И для этого есть основания. Говорит, что он сосватал Николетто, а не решается сказать - за кого. Знаю, что с этими людьми он на короткой ноге. Правда, он высокомерен, но его высокомерие прячется, когда на сцену появляется жадность. Знаю, что он способен на все, и нисколько не удивлюсь, если он насмеется над своими кровными и погубит внучку.

Это у него не выйдет! Пока мои глаза еще не закрылись, я ему этой радости не доставлю. В конце концов, я мать; могу же я поднять голос в защиту собственного ребенка! И если закон не допускает, чтобы мать выдавала дочь по своему усмотрению, то нет закона, который может заставить мать принести в жертву свою дочь.

Поправляет вазу, затем оборачивается к эфиопу. Эфиоп стоит с невозмутимым видом. Ты без всяких рассуждений меняешь хозяев. Знаешь, я делаю то же самое с одной лишь разницей: Он, кроме свободы, ничего не желает. Я же хочу быть свободной, богатой и любимой.

А ты разве не такой, разве ты ничего не хочешь?.. Что ты делал в твоей стране, среди твоих, когда был свободным? Ты один на один сражался лишь с копьем в руках Ни одного непокорного жеста. Неужели ты и в самом деле таков? Пусть это даже и не будет заметно по твоим глазам, но неужели в тебе нет желания быть свободным, вырваться из этого мраморного круга, из этого чуждого и ненавистного города? Или, кто знает, может быть тебе нравится привязывать к столбу нагого Эзопа и полосовать ему спину плетью?

Неужели причинять боль другому может в конце концов понравиться? Это дает ощущение власти? Но не это власть. Ты любил уже, эфиоп? Эфиоп не двигается с места. Мели стоит перед ним в вызывающей позе, желая заставить его поцеловать себя. Я всем нутром ощущала, как она талантлива и как несчастна. И я знала, что ещё долго-долго придётся ей быть талантливой — неизвестно, в чём, — и несчастной, а это уж слишком ясно, отчего.

Это результат жестокого эксперимента по внедрению духа в природу. Это женщина, которой досталась искорка творческого разума. Это я несколько десятилетий тому назад — с отчаянным туманом в голове, зачитавшаяся до одури, бредущая по городу… Видимо, такие всегда были, есть и будут — наверное, существует норма в процентах.

Я думаю, процентов пять — семь от общего числа… Или уже больше? Ян , извините, а письмо Татьяны подойдет? Кристина , я не театральный деятель. Знаю,что письмо Татьяны - столь многоизвестная вещь и так смоделирована на внутреннем слуху,что у нового исполнителя везде могут усмотреть фальшь. Like 1 Show likes. Кристина , если просматривать письма в литературе,то можно прочесть менее известные тексты: Пушкина это небольшой рассказ ,а также "Записки сумасшедшего" Н.

Гоголя - переписка маленьких собачек. Ищите людей страстных, сильных, счастливых… Они как звезды, пока голову не поднимешь — не увидишь. А когда утонешь глазами в звездном молоке - понимаешь, какое их бесчисленное множество. Им также страшно и больно. У них тоже бывают черные дни, ошибки и срывы. Но они готовы идти сквозь страх, они влияют на ход вещей, задают темп жизни. Они в чем-то лучше, в чем-то хуже.

Они не завидуют и не жалуются. Они с благодарностью встречают подарки судьбы и любят себя за то, что удача им улыбается. Ищите верных и честных. Которые не будут прятать злость и слезы за лицемерием и ухмылкой. Они говорят, что думают.

Пусть иногда неприятно, путь иногда прямо в сердце. Не со зла, а от любви. Которые радуются искренне, смеются громко и свободно, мелодично и заразно. Которые не скрывают и не стесняются своего веселья.

Братья Карамазовы

Ищите тех, кого можно будет любить вечно. Ищите тех, кто стоит и ждет вашей любви. С которыми вы сольете два озера и получится море. Ищите тех, в ком много жизни. Ищите звонких и сочных, со смешинками и морщинками. Ищите в парках и на сценах, грустных и веселых, маленьких, и больших. Они немного дети, они идут по жизни с верой в добро, но видят все, конечно, и черное, и белое, но живут ради желтого, красного, голубого… Ищите их. Нужно только поднять голову. Like 89 Show likes.

Карта сайта

8 9 10 11 12 13 14 15 16

См. также